Поездка во Вьетнам вызревала во мне очень долго. Несколько раз она уже готова была состояться, но в последний момент, в силу различных причин, все опять разваливалось. Я периодически общался с людьми, имеющими во Вьетнаме свой бизнес, множество моих знакомых съездило туда в качестве туристов, и только у меня никак не складывалось. Все побывавшие, брызжа слюной, в один голос утверждали, что это великолепно. Но поскольку в процессе таких разговоров я был занят исключительно тем, что сосредоточенно пытался увернуться от восторженных брызг, нить повествования постоянно от меня ускользала, и я никак не мог уяснить, из чего же конкретно состоит данное великолепие. Тогда я понял, что проблему надо искать в себе, а поездки не складываются просто потому, что я к ним еще не готов. И я стал готовиться.

Интернет как источник информации был отметен сразу. Во-первых, я плохо в нем ориентируюсь, а, во-вторых, раздражает, что слово «Интернет» пишется с большой буквы. И я отправился по книжным магазинам за путеводителем по Вьетнаму. Поиски продолжались около месяца. Я заходил в большие центральные магазины, заглядывал в киоски и на лотки, рыскал по книжной ярмарке и даже навестил букинистов, но все тщетно. Оказалось, что путеводителей по Вьетнаму, во всяком случае, на русском языке, в природе не существует. И тогда я решился на крайнюю меру посещение вьетнамских рядов на Черкизовском рынке. Приехал туда, походил, пообтирался, пропитался вьетнамским духом и вот, пожалуйста, еду во Вьетнам.

vt2Оказавшись в Ханое, я решил посетить вьетнамский рынок на его исторической родине, так сказать, окунуться в первоисточник, благо, он был в двух шагах от нашего пятизвездочного отеля. Господи, как я был глуп и самоуверен, пытаясь из Москвы понять таинственную вьетнамскую душу. Если бы у нас было такое, Юрий Михайлович Лужков сделал бы себе харакири, или, что вероятнее, его бы сделала себе администрация рынка в полном составе по прямому указанию мэра. Там продается все, причем, все продается одновременно. Потрошеная курица на лотке мирно уживается с пачками сигарет, деревянными поделками, запчастями для автомобиля. Рядом, в тазике, под неусыпным присмотром мух уютно расположились потроха вышеупомянутой курицы. Похоже, они не продаются, а являются бонусом для первого отважного покупателя.

Вообще-то, обоняние у меня развито достаточно слабо, поэтому многих запахов я не ощущаю. Ну, так это – запахов. То амбре, которое стояло на рынке нельзя назвать запахом, как нельзя назвать статуэткой изваяние Петра Первого работы Церетели. Здесь не помогает ни плохое обоняние, ни носовые заглушки, восприятие идет всем организмом. Словно ты весь превращаешься в один огромный нос, и этот нос утыкается в огромную кучу.… Нет, этого не передать, только личное участие.

vt3Забудьте обо всем, что я говорил ранее. Через два дня мы проезжали рыбный рынок на автобусе и не успели закрыть окна. То, что мы ощутили, вообще в природе не существует. Я был на рыбном рынке в Неаполе и заявляю с полной ответственностью: «Неаполь отдыхает». Рыба в Ханое не просто умирает, она еще и мстит напоследок. Причем, мстит не только рыбакам и потенциальным потребителям, но и всему роду человеческому. Такая атмосфера, я думаю, царит в аду, предназначенная для самых тяжких преступников, к коим ни я, ни все остальные пассажиры автобуса не имели чести принадлежать. Надеюсь, кому-нибудь на том свете стало немного легче, поскольку мы за них слегка отработали.

И еще одно происшествие на рынке в Ханое, которое до сих пор воспринимается мною как чудо. Проходы между рядами там очень узкие, едва могут разминуться два человека. Мы с другом стоим в проходе и снимаем на видео всю эту экзотику. Между рядами прямо на нас едет машина, как она туда пролезла – неизвестно. Отпрыгивать нам некуда, лотки стоят очень плотно, машина тормозить тоже не собирается. Она едет, едва не щелкая зеркалами продавцов по носам. Если б я был на Кавказе, то и бровью бы не повел, там за носами местных продавцов укроется и Годзилла. Но крохотные носики вьетнамских продавцов не оставляют ни единого шанса на спасение. Столкновение неизбежно, мы зажмурились. Помните фильм «Самогонщики» с гениальным Юрием Никулиным. Так вот, его герой умудряется объехать на лыжах дерево с двух сторон. Он едет прямиком на дерево, в ужасе закрывает глаза, а когда открывает, оказывается уже с другой стороны дерева, причем, колеи от его лыж огибают нетронутого представителя флоры с обеих сторон. Ну, в кинематографе всякое возможно, но я не представлял, что такое бывает в реальной жизни. Когда мы открыли глаза, автомобиль с другой стороны удалялся от нас. Как ему удалось с нами разминуться, неизвестно. Может, за рулем был местный Никулин или Джеки Чан. Как бы там ни было, мы решили не искушать судьбу, выясняя данное обстоятельство, и в ускоренном темпе покинули рынок.

vt5Кстати, продавец во Вьетнаме абсолютно ненавязчив. Он только улыбается и согласно кивает потенциальному покупателю, остановившему на нем свой ищущий взгляд. Вообще, у меня создалось такое впечатление, что согласие является отличительной национальной чертой вьетнамца. Часто дело доходит до абсурда. Иногда в ресторанах мы сталкивались с официантами, непонимающими никакого другого языка, кроме вьетнамского, но тщательно это скрывающими. Принимая заказ, они радостно кивали в ответ на каждое наше слово, что-то писали в свой блокнотик, изредка произносили «Yes» и степенно удалялись. Мы расслаблялись, будучи в полной уверенности, что скоро нам принесут еду. Вместо этого, через какое-то время к нам подходил другой официант со своим блокнотом и начинал принимать заказ заново. Причем, выяснялось, что части блюд, которые мы уже мысленно поглотили и перевариваем, в этом ресторане никогда не было, нет, и, скорее всего, не будет ближайшие лет пятьдесят. Сперва мы недоумевали по поводу такого странного сервиса, но потом поняли, что у них проблема с англоязычным обслуживающим персоналом. Разнести блюда народу хватает, а вот понять, что надо разносить, способен не каждый. Возможно, на весь штат только пару человек и понимают по-английски. И вот эти полиглоты ходят от столика к столику, дабы реально принять заказы. Но столиков много, и разорваться они не могут. Но заставлять клиента долго ждать, тоже плохо. Можно остаться без клиента, тем более, что ресторанов вокруг великое множество. Поэтому с бесшумным, но яростным криком «Ура», воображаемой гранатой в руке и шальной мыслью «авось, прорвемся» бросаются к нашему столику вьетнамоязычные герои ресторанного обслуживания и, не жалея живота своего, помогают нам скоротать время в ожидании англоязычного. И что удивительно, имитация приема заказа великолепная. Им бы на подмостках блистать. А некоторые из них настолько входят в роль, что умудряются самостоятельно принять заказ, ориентируясь только на интонацию и жесты. Только по некоторым второстепенным деталям догадываешься, что он не понимает ни слова из того, что ему говоришь. Но даже те, кто понимают, почему-то всегда начинают фразу с кивка и слова «да». Выглядит это, примерно, таким образом:

- Будьте любезны, два яблочных сока.

- Да. К сожалению, яблочный сок закончился.

vt1Наверное, им просто не хочется никого огорчать отказом, настолько гостеприимны и доброжелательны эти люди. Наш товарищ, зазевавшись, уронил свой фотоаппарат в мутные воды реки Меконг. Это произошло около берега, где глубина составляла едва ли 30-40 сантиметров. Аппарат тут же исчез из виду. Мы сразу начали ахать и охать, спорить о месте его погружения, указывая друг другу на всевозможные ориентиры, благодаря которым удалось «застолбить» потерю. Никому из нас не хотелось лезть в воду или хотя бы погрузить руку в то место, где со «стопроцентной» гарантией лежал фотоаппарат. Дело в том, что внешний вид этой реки производит впечатление жидкости, несовместимой с жизнью. Нам казалось, что оказавшись в воде хотя бы на мгновение, мы появимся на берегу уже в качестве скелета, сверкая белизной своих костей. Проходящий мимо вьетнамский паренек, поняв, что происходит, сбросил свои шлепанцы, закатал штанины и, быстро спустившись в воду, начал поиски. Около часа он прощупывал дно, подбадриваемый нашими замечаниями, пока, наконец, не обнаружил искомое. Конечно, он знал, что вода в этой реке безопасна для его здоровья. Конечно, он был нами материально вознагражден за свои усилия. Но дело не в этом. Во-первых, когда он, не раздумывая, полез в воду, речи о вознаграждении не было. А, во-вторых, я уверен, он это делал без всяких меркантильных интересов, просто, из желания помочь растяпам. С тех пор Вьетнам ассоциируется у меня си этим парнем, бедным, плохо одетым, но всегда готовым прийти на помощь.

Конечно, вьетнамцы умеют говорить «нет». Причем, иногда у них получается достаточно весомо. В США до сих пор на эту тему снимают фильмы (и какие!!!). Но для того, чтобы услышать отказ из вьетнамских уст, надо основательно разозлить их владельца, а на такой подвиг не у каждого хватает терпения. В прошлом веке лишь французам с американцами, да еще чуть-чуть китайцам, оказалось, по силам. Если же вьетнамцев не злить, то людей, более покладистых, мне пока встречать не доводилось. Наверное, навоевавшись до упора, они решили, что «лучше худой мир, чем добрая ссора».

К сожалению, этим иногда пользуются не очень хорошие люди из числа приезжих. В городе Ньячанге мы познакомились с россиянином, около года проживающим во Вьетнаме. Давно мне не встречались столь мерзкие типы. Мы сидели в ресторане и, естественно, выпивали. Он, радуясь встрече с земляками и расслабившись от алкоголя, начал нам объяснять, как правильно надо себя вести с местным населением. Причем, начал он с того, какая замечательная страна – Вьетнам, и как ему здесь хорошо. Затем он пояснил, почему ему здесь хорошо. Оказалось, что хорошо ему потому, что он может здесь делать все, что приходит в его убогую голову. А местное население, наполовину слуги, наполовину домашние животные – это как раз то, чего не хватало ему в России. И в качестве доказательства он взял со стола стакан и кинул его под ноги проходившей мимо молоденькой официантке. Девочка испугалась до слез и убежала, а этот «крутой мужик» гордо сообщил, что жаловаться она не будет, поскольку он может заявить администрации ресторана, что его плохо обслуживали, и ее выгонят с работы. Я – человек очень спокойный, но, видя эту тупую самодовольную рожу, увы, не сдержался. То, что я ему высказал, мне было бы неудобно повторить даже в неприличном обществе. Я благодарен моим товарищам за то, что они удержали меня от рукоприкладства, иначе, разгоряченный алкогольными парами, я мог бы наделать глупостей. Однако, и слов хватило, чтобы с физиономии этой мрази сползло выражение «хозяина жизни». Особи подобного плана оказываются, на удивление, трусливыми, когда им дают отпор. На этом наше общение закончилось, но я надеюсь, что он еще нарвется на неприятности, поскольку такие «супермены» периодически нуждаются в хорошей затрещине, дабы прийти в чувство. К счастью, столь оголтелых расистов в нашей стране не так много, и, надеюсь, не по ним судят обо всех россиянах.

vt6По старой русской традиции наши люди в силу широты своей души оказывали щедрую финансовую помощь местному населению в лице представительниц одной из наиболее древнейших профессий. А происходило это следующим образом. Залив тоску по родным березкам каким-нибудь патриотическим напитком типа виски, наш человек вдруг с удивлением обнаруживал, что у него внезапно возникло мышечное напряжение, и срочно требуется вмешательство опытного массажиста. Поэтому он, не долго думая, хватает побольше денег, садится в первое попавшееся такси и несется по ночному городу в ближайший массажный салон. Там он раздевается до полного отсутствия карманов на организме (если не считать за карманы складки на животе), складывает все свое имущество в индивидуальный шкафчик и запирает его на ключ, который затем торжественно цепляет себе на запястье с помощью резиночки. После чего наш изнемогающий от мышечного спазма человек проходит в специальную комнатку, где он может, наконец, расправить усталые члены во все их великолепие. По окончании сеанса отдохнувший и сбросивший бремя прожитых лет, он возвращается к шкафчику, одевается и уходит. Оплата услуг происходит, как правило, перед началом сеанса, что существенно облегчает работу обслуживающему персоналу. Во-первых, клиент демонстрирует, где он хранит свою наличность, а, во-вторых, у него не возникает повода лезть за деньгами перед уходом. Отсутствие денег человек обнаруживает уже около своего отеля, пытаясь расплатиться с таксистом. Можно скандалить, звать полицию, заниматься рукоприкладством, в основном, это ни к чему не приводит. По моим наблюдениям, один такой филантроп может принести до тысячи долларов чистой прибыли, что для местных жителей является существенной прибавкой к их невысоким зарплатам. И вот что интересно. Списание денежных средств в безакцептном порядке происходило с нами только в Северном Вьетнаме. Судя по всему, Южный Вьетнам традиционно пользуется помощью США и в российских финансовых вливаниях не нуждается.

vt7Но эти забавные недоразумения лишь слегка омрачали поездку, не ложась тяжким бременем на нашу душу. Тем более, что наши новоявленные Саввы Морозовы и Саввы Мамонтовы сами были не слишком адекватны. Боюсь, что ни в какой стране представители данного бизнеса не смогли бы устоять перед соблазном. Дело в том, здесь речь идет о двух друзьях в нашей группе, которые начали смотреть на мир более-менее трезвыми глазами только ближе к концу поездки. Справедливости ради следует заметить, что друзьями они стали только во Вьетнаме, до этого они вообще не подозревали о существовании друг друга, так что я бы их назвал друзьями по несчастью, хотя, на мой взгляд, они были вполне счастливы. Один из них совершил просто гениальное, по нелепости, деяние. Кое-как оклемавшись от активного алкогольного отдыха, он вышел на восьмой день (из двенадцати возможных) с видеокамерой и начал съемку, сопроводив ее безобидной фразой: «Ну, вот мы и во Вьетнаме», планируя таким образом отчитаться перед своей семьей, с нетерпением ждущей его в Москве. Если бы мы это не заметили, то дома его ожидал бы большой скандал. Поскольку его видеокамера фиксировала дату съемки, семья была бы весьма обескуражена подобным несовпадением цифр.

Подводя итог этой поездки, я понял причину фонтана восторгов тех, кто рекомендовал мне посетить Вьетнам, и прощаю им свою забрызганность. Мало того, их ряды пополнились моей скромной персоной. Сюда приезжают разные люди, каждый за чем-то своим, и Вьетнам им ни в чем не отказывает. В такой атмосфере гостеприимства и доброжелательности хочется быть великодушным, делать что-нибудь приятное для других. Поэтому я тоже говорю этому государству: «Да!».

Да, Вьетнам – чудесная страна.

Да, вьетнамцы – потрясающий народ.

И, да простит мне губернатор Калифорнии маленький плагиат, Я ВЕРНУСЬ.

Поездка во Вьетнам вызревала во мне очень долго. Несколько раз она уже готова была состояться, но в последний момент, в силу различных причин, все опять разваливалось. Я периодически общался с людьми, имеющими во Вьетнаме свой бизнес, множество моих знакомых съездило туда в качестве туристов, и только у меня никак не складывалось. Все побывавшие, брызжа слюной, в один голос утверждали, что это великолепно. Но поскольку в процессе таких разговоров я был занят исключительно тем, что сосредоточенно пытался увернуться от восторженных брызг, нить повествования постоянно от меня ускользала, и я никак не мог уяснить, из чего же конкретно состоит данное великолепие. Тогда я понял, что проблему надо искать в себе, а поездки не складываются просто потому, что я к ним еще не готов. И я стал готовиться.

Интернет как источник информации был отметен сразу. Во-первых, я плохо в нем ориентируюсь, а, во-вторых, раздражает, что слово «Интернет» пишется с большой буквы. И я отправился по книжным магазинам за путеводителем по Вьетнаму. Поиски продолжались около месяца. Я заходил в большие центральные магазины, заглядывал в киоски и на лотки, рыскал по книжной ярмарке и даже навестил букинистов, но все тщетно. Оказалось, что путеводителей по Вьетнаму, во всяком случае, на русском языке, в природе не существует. И тогда я решился на крайнюю меру посещение вьетнамских рядов на Черкизовском рынке. Приехал туда, походил, пообтирался, пропитался вьетнамским духом и вот, пожалуйста, еду во Вьетнам.

vt2Оказавшись в Ханое, я решил посетить вьетнамский рынок на его исторической родине, так сказать, окунуться в первоисточник, благо, он был в двух шагах от нашего пятизвездочного отеля. Господи, как я был глуп и самоуверен, пытаясь из Москвы понять таинственную вьетнамскую душу. Если бы у нас было такое, Юрий Михайлович Лужков сделал бы себе харакири, или, что вероятнее, его бы сделала себе администрация рынка в полном составе по прямому указанию мэра. Там продается все, причем, все продается одновременно. Потрошеная курица на лотке мирно уживается с пачками сигарет, деревянными поделками, запчастями для автомобиля. Рядом, в тазике, под неусыпным присмотром мух уютно расположились потроха вышеупомянутой курицы. Похоже, они не продаются, а являются бонусом для первого отважного покупателя.

Вообще-то, обоняние у меня развито достаточно слабо, поэтому многих запахов я не ощущаю. Ну, так это – запахов. То амбре, которое стояло на рынке нельзя назвать запахом, как нельзя назвать статуэткой изваяние Петра Первого работы Церетели. Здесь не помогает ни плохое обоняние, ни носовые заглушки, восприятие идет всем организмом. Словно ты весь превращаешься в один огромный нос, и этот нос утыкается в огромную кучу.… Нет, этого не передать, только личное участие.

vt3Забудьте обо всем, что я говорил ранее. Через два дня мы проезжали рыбный рынок на автобусе и не успели закрыть окна. То, что мы ощутили, вообще в природе не существует. Я был на рыбном рынке в Неаполе и заявляю с полной ответственностью: «Неаполь отдыхает». Рыба в Ханое не просто умирает, она еще и мстит напоследок. Причем, мстит не только рыбакам и потенциальным потребителям, но и всему роду человеческому. Такая атмосфера, я думаю, царит в аду, предназначенная для самых тяжких преступников, к коим ни я, ни все остальные пассажиры автобуса не имели чести принадлежать. Надеюсь, кому-нибудь на том свете стало немного легче, поскольку мы за них слегка отработали.

И еще одно происшествие на рынке в Ханое, которое до сих пор воспринимается мною как чудо. Проходы между рядами там очень узкие, едва могут разминуться два человека. Мы с другом стоим в проходе и снимаем на видео всю эту экзотику. Между рядами прямо на нас едет машина, как она туда пролезла – неизвестно. Отпрыгивать нам некуда, лотки стоят очень плотно, машина тормозить тоже не собирается. Она едет, едва не щелкая зеркалами продавцов по носам. Если б я был на Кавказе, то и бровью бы не повел, там за носами местных продавцов укроется и Годзилла. Но крохотные носики вьетнамских продавцов не оставляют ни единого шанса на спасение. Столкновение неизбежно, мы зажмурились. Помните фильм «Самогонщики» с гениальным Юрием Никулиным. Так вот, его герой умудряется объехать на лыжах дерево с двух сторон. Он едет прямиком на дерево, в ужасе закрывает глаза, а когда открывает, оказывается уже с другой стороны дерева, причем, колеи от его лыж огибают нетронутого представителя флоры с обеих сторон. Ну, в кинематографе всякое возможно, но я не представлял, что такое бывает в реальной жизни. Когда мы открыли глаза, автомобиль с другой стороны удалялся от нас. Как ему удалось с нами разминуться, неизвестно. Может, за рулем был местный Никулин или Джеки Чан. Как бы там ни было, мы решили не искушать судьбу, выясняя данное обстоятельство, и в ускоренном темпе покинули рынок.

vt5Кстати, продавец во Вьетнаме абсолютно ненавязчив. Он только улыбается и согласно кивает потенциальному покупателю, остановившему на нем свой ищущий взгляд. Вообще, у меня создалось такое впечатление, что согласие является отличительной национальной чертой вьетнамца. Часто дело доходит до абсурда. Иногда в ресторанах мы сталкивались с официантами, непонимающими никакого другого языка, кроме вьетнамского, но тщательно это скрывающими. Принимая заказ, они радостно кивали в ответ на каждое наше слово, что-то писали в свой блокнотик, изредка произносили «Yes» и степенно удалялись. Мы расслаблялись, будучи в полной уверенности, что скоро нам принесут еду. Вместо этого, через какое-то время к нам подходил другой официант со своим блокнотом и начинал принимать заказ заново. Причем, выяснялось, что части блюд, которые мы уже мысленно поглотили и перевариваем, в этом ресторане никогда не было, нет, и, скорее всего, не будет ближайшие лет пятьдесят. Сперва мы недоумевали по поводу такого странного сервиса, но потом поняли, что у них проблема с англоязычным обслуживающим персоналом. Разнести блюда народу хватает, а вот понять, что надо разносить, способен не каждый. Возможно, на весь штат только пару человек и понимают по-английски. И вот эти полиглоты ходят от столика к столику, дабы реально принять заказы. Но столиков много, и разорваться они не могут. Но заставлять клиента долго ждать, тоже плохо. Можно остаться без клиента, тем более, что ресторанов вокруг великое множество. Поэтому с бесшумным, но яростным криком «Ура», воображаемой гранатой в руке и шальной мыслью «авось, прорвемся» бросаются к нашему столику вьетнамоязычные герои ресторанного обслуживания и, не жалея живота своего, помогают нам скоротать время в ожидании англоязычного. И что удивительно, имитация приема заказа великолепная. Им бы на подмостках блистать. А некоторые из них настолько входят в роль, что умудряются самостоятельно принять заказ, ориентируясь только на интонацию и жесты. Только по некоторым второстепенным деталям догадываешься, что он не понимает ни слова из того, что ему говоришь. Но даже те, кто понимают, почему-то всегда начинают фразу с кивка и слова «да». Выглядит это, примерно, таким образом:

- Будьте любезны, два яблочных сока.

- Да. К сожалению, яблочный сок закончился.

vt1Наверное, им просто не хочется никого огорчать отказом, настолько гостеприимны и доброжелательны эти люди. Наш товарищ, зазевавшись, уронил свой фотоаппарат в мутные воды реки Меконг. Это произошло около берега, где глубина составляла едва ли 30-40 сантиметров. Аппарат тут же исчез из виду. Мы сразу начали ахать и охать, спорить о месте его погружения, указывая друг другу на всевозможные ориентиры, благодаря которым удалось «застолбить» потерю. Никому из нас не хотелось лезть в воду или хотя бы погрузить руку в то место, где со «стопроцентной» гарантией лежал фотоаппарат. Дело в том, что внешний вид этой реки производит впечатление жидкости, несовместимой с жизнью. Нам казалось, что оказавшись в воде хотя бы на мгновение, мы появимся на берегу уже в качестве скелета, сверкая белизной своих костей. Проходящий мимо вьетнамский паренек, поняв, что происходит, сбросил свои шлепанцы, закатал штанины и, быстро спустившись в воду, начал поиски. Около часа он прощупывал дно, подбадриваемый нашими замечаниями, пока, наконец, не обнаружил искомое. Конечно, он знал, что вода в этой реке безопасна для его здоровья. Конечно, он был нами материально вознагражден за свои усилия. Но дело не в этом. Во-первых, когда он, не раздумывая, полез в воду, речи о вознаграждении не было. А, во-вторых, я уверен, он это делал без всяких меркантильных интересов, просто, из желания помочь растяпам. С тех пор Вьетнам ассоциируется у меня си этим парнем, бедным, плохо одетым, но всегда готовым прийти на помощь.

Конечно, вьетнамцы умеют говорить «нет». Причем, иногда у них получается достаточно весомо. В США до сих пор на эту тему снимают фильмы (и какие!!!). Но для того, чтобы услышать отказ из вьетнамских уст, надо основательно разозлить их владельца, а на такой подвиг не у каждого хватает терпения. В прошлом веке лишь французам с американцами, да еще чуть-чуть китайцам, оказалось, по силам. Если же вьетнамцев не злить, то людей, более покладистых, мне пока встречать не доводилось. Наверное, навоевавшись до упора, они решили, что «лучше худой мир, чем добрая ссора».

К сожалению, этим иногда пользуются не очень хорошие люди из числа приезжих. В городе Ньячанге мы познакомились с россиянином, около года проживающим во Вьетнаме. Давно мне не встречались столь мерзкие типы. Мы сидели в ресторане и, естественно, выпивали. Он, радуясь встрече с земляками и расслабившись от алкоголя, начал нам объяснять, как правильно надо себя вести с местным населением. Причем, начал он с того, какая замечательная страна – Вьетнам, и как ему здесь хорошо. Затем он пояснил, почему ему здесь хорошо. Оказалось, что хорошо ему потому, что он может здесь делать все, что приходит в его убогую голову. А местное население, наполовину слуги, наполовину домашние животные – это как раз то, чего не хватало ему в России. И в качестве доказательства он взял со стола стакан и кинул его под ноги проходившей мимо молоденькой официантке. Девочка испугалась до слез и убежала, а этот «крутой мужик» гордо сообщил, что жаловаться она не будет, поскольку он может заявить администрации ресторана, что его плохо обслуживали, и ее выгонят с работы. Я – человек очень спокойный, но, видя эту тупую самодовольную рожу, увы, не сдержался. То, что я ему высказал, мне было бы неудобно повторить даже в неприличном обществе. Я благодарен моим товарищам за то, что они удержали меня от рукоприкладства, иначе, разгоряченный алкогольными парами, я мог бы наделать глупостей. Однако, и слов хватило, чтобы с физиономии этой мрази сползло выражение «хозяина жизни». Особи подобного плана оказываются, на удивление, трусливыми, когда им дают отпор. На этом наше общение закончилось, но я надеюсь, что он еще нарвется на неприятности, поскольку такие «супермены» периодически нуждаются в хорошей затрещине, дабы прийти в чувство. К счастью, столь оголтелых расистов в нашей стране не так много, и, надеюсь, не по ним судят обо всех россиянах.

vt6По старой русской традиции наши люди в силу широты своей души оказывали щедрую финансовую помощь местному населению в лице представительниц одной из наиболее древнейших профессий. А происходило это следующим образом. Залив тоску по родным березкам каким-нибудь патриотическим напитком типа виски, наш человек вдруг с удивлением обнаруживал, что у него внезапно возникло мышечное напряжение, и срочно требуется вмешательство опытного массажиста. Поэтому он, не долго думая, хватает побольше денег, садится в первое попавшееся такси и несется по ночному городу в ближайший массажный салон. Там он раздевается до полного отсутствия карманов на организме (если не считать за карманы складки на животе), складывает все свое имущество в индивидуальный шкафчик и запирает его на ключ, который затем торжественно цепляет себе на запястье с помощью резиночки. После чего наш изнемогающий от мышечного спазма человек проходит в специальную комнатку, где он может, наконец, расправить усталые члены во все их великолепие. По окончании сеанса отдохнувший и сбросивший бремя прожитых лет, он возвращается к шкафчику, одевается и уходит. Оплата услуг происходит, как правило, перед началом сеанса, что существенно облегчает работу обслуживающему персоналу. Во-первых, клиент демонстрирует, где он хранит свою наличность, а, во-вторых, у него не возникает повода лезть за деньгами перед уходом. Отсутствие денег человек обнаруживает уже около своего отеля, пытаясь расплатиться с таксистом. Можно скандалить, звать полицию, заниматься рукоприкладством, в основном, это ни к чему не приводит. По моим наблюдениям, один такой филантроп может принести до тысячи долларов чистой прибыли, что для местных жителей является существенной прибавкой к их невысоким зарплатам. И вот что интересно. Списание денежных средств в безакцептном порядке происходило с нами только в Северном Вьетнаме. Судя по всему, Южный Вьетнам традиционно пользуется помощью США и в российских финансовых вливаниях не нуждается.

vt7Но эти забавные недоразумения лишь слегка омрачали поездку, не ложась тяжким бременем на нашу душу. Тем более, что наши новоявленные Саввы Морозовы и Саввы Мамонтовы сами были не слишком адекватны. Боюсь, что ни в какой стране представители данного бизнеса не смогли бы устоять перед соблазном. Дело в том, здесь речь идет о двух друзьях в нашей группе, которые начали смотреть на мир более-менее трезвыми глазами только ближе к концу поездки. Справедливости ради следует заметить, что друзьями они стали только во Вьетнаме, до этого они вообще не подозревали о существовании друг друга, так что я бы их назвал друзьями по несчастью, хотя, на мой взгляд, они были вполне счастливы. Один из них совершил просто гениальное, по нелепости, деяние. Кое-как оклемавшись от активного алкогольного отдыха, он вышел на восьмой день (из двенадцати возможных) с видеокамерой и начал съемку, сопроводив ее безобидной фразой: «Ну, вот мы и во Вьетнаме», планируя таким образом отчитаться перед своей семьей, с нетерпением ждущей его в Москве. Если бы мы это не заметили, то дома его ожидал бы большой скандал. Поскольку его видеокамера фиксировала дату съемки, семья была бы весьма обескуражена подобным несовпадением цифр.

Подводя итог этой поездки, я понял причину фонтана восторгов тех, кто рекомендовал мне посетить Вьетнам, и прощаю им свою забрызганность. Мало того, их ряды пополнились моей скромной персоной. Сюда приезжают разные люди, каждый за чем-то своим, и Вьетнам им ни в чем не отказывает. В такой атмосфере гостеприимства и доброжелательности хочется быть великодушным, делать что-нибудь приятное для других. Поэтому я тоже говорю этому государству: «Да!».

Да, Вьетнам – чудесная страна.

Да, вьетнамцы – потрясающий народ.

И, да простит мне губернатор Калифорнии маленький плагиат, Я ВЕРНУСЬ.

Поездка во Вьетнам вызревала во мне очень долго. Несколько раз она уже готова была состояться, но в последний момент, в силу различных причин, все опять разваливалось. Я периодически общался с людьми, имеющими во Вьетнаме свой бизнес, множество моих знакомых съездило туда в качестве туристов, и только у меня никак не складывалось. Все побывавшие, брызжа слюной, в один голос утверждали, что это великолепно. Но поскольку в процессе таких разговоров я был занят исключительно тем, что сосредоточенно пытался увернуться от восторженных брызг, нить повествования постоянно от меня ускользала, и я никак не мог уяснить, из чего же конкретно состоит данное великолепие. Тогда я понял, что проблему надо искать в себе, а поездки не складываются просто потому, что я к ним еще не готов. И я стал готовиться.

Интернет как источник информации был отметен сразу. Во-первых, я плохо в нем ориентируюсь, а, во-вторых, раздражает, что слово «Интернет» пишется с большой буквы. И я отправился по книжным магазинам за путеводителем по Вьетнаму. Поиски продолжались около месяца. Я заходил в большие центральные магазины, заглядывал в киоски и на лотки, рыскал по книжной ярмарке и даже навестил букинистов, но все тщетно. Оказалось, что путеводителей по Вьетнаму, во всяком случае, на русском языке, в природе не существует. И тогда я решился на крайнюю меру посещение вьетнамских рядов на Черкизовском рынке. Приехал туда, походил, пообтирался, пропитался вьетнамским духом и вот, пожалуйста, еду во Вьетнам.

vt2Оказавшись в Ханое, я решил посетить вьетнамский рынок на его исторической родине, так сказать, окунуться в первоисточник, благо, он был в двух шагах от нашего пятизвездочного отеля. Господи, как я был глуп и самоуверен, пытаясь из Москвы понять таинственную вьетнамскую душу. Если бы у нас было такое, Юрий Михайлович Лужков сделал бы себе харакири, или, что вероятнее, его бы сделала себе администрация рынка в полном составе по прямому указанию мэра. Там продается все, причем, все продается одновременно. Потрошеная курица на лотке мирно уживается с пачками сигарет, деревянными поделками, запчастями для автомобиля. Рядом, в тазике, под неусыпным присмотром мух уютно расположились потроха вышеупомянутой курицы. Похоже, они не продаются, а являются бонусом для первого отважного покупателя.

Вообще-то, обоняние у меня развито достаточно слабо, поэтому многих запахов я не ощущаю. Ну, так это – запахов. То амбре, которое стояло на рынке нельзя назвать запахом, как нельзя назвать статуэткой изваяние Петра Первого работы Церетели. Здесь не помогает ни плохое обоняние, ни носовые заглушки, восприятие идет всем организмом. Словно ты весь превращаешься в один огромный нос, и этот нос утыкается в огромную кучу.… Нет, этого не передать, только личное участие.

vt3Забудьте обо всем, что я говорил ранее. Через два дня мы проезжали рыбный рынок на автобусе и не успели закрыть окна. То, что мы ощутили, вообще в природе не существует. Я был на рыбном рынке в Неаполе и заявляю с полной ответственностью: «Неаполь отдыхает». Рыба в Ханое не просто умирает, она еще и мстит напоследок. Причем, мстит не только рыбакам и потенциальным потребителям, но и всему роду человеческому. Такая атмосфера, я думаю, царит в аду, предназначенная для самых тяжких преступников, к коим ни я, ни все остальные пассажиры автобуса не имели чести принадлежать. Надеюсь, кому-нибудь на том свете стало немного легче, поскольку мы за них слегка отработали.

И еще одно происшествие на рынке в Ханое, которое до сих пор воспринимается мною как чудо. Проходы между рядами там очень узкие, едва могут разминуться два человека. Мы с другом стоим в проходе и снимаем на видео всю эту экзотику. Между рядами прямо на нас едет машина, как она туда пролезла – неизвестно. Отпрыгивать нам некуда, лотки стоят очень плотно, машина тормозить тоже не собирается. Она едет, едва не щелкая зеркалами продавцов по носам. Если б я был на Кавказе, то и бровью бы не повел, там за носами местных продавцов укроется и Годзилла. Но крохотные носики вьетнамских продавцов не оставляют ни единого шанса на спасение. Столкновение неизбежно, мы зажмурились. Помните фильм «Самогонщики» с гениальным Юрием Никулиным. Так вот, его герой умудряется объехать на лыжах дерево с двух сторон. Он едет прямиком на дерево, в ужасе закрывает глаза, а когда открывает, оказывается уже с другой стороны дерева, причем, колеи от его лыж огибают нетронутого представителя флоры с обеих сторон. Ну, в кинематографе всякое возможно, но я не представлял, что такое бывает в реальной жизни. Когда мы открыли глаза, автомобиль с другой стороны удалялся от нас. Как ему удалось с нами разминуться, неизвестно. Может, за рулем был местный Никулин или Джеки Чан. Как бы там ни было, мы решили не искушать судьбу, выясняя данное обстоятельство, и в ускоренном темпе покинули рынок.

vt5Кстати, продавец во Вьетнаме абсолютно ненавязчив. Он только улыбается и согласно кивает потенциальному покупателю, остановившему на нем свой ищущий взгляд. Вообще, у меня создалось такое впечатление, что согласие является отличительной национальной чертой вьетнамца. Часто дело доходит до абсурда. Иногда в ресторанах мы сталкивались с официантами, непонимающими никакого другого языка, кроме вьетнамского, но тщательно это скрывающими. Принимая заказ, они радостно кивали в ответ на каждое наше слово, что-то писали в свой блокнотик, изредка произносили «Yes» и степенно удалялись. Мы расслаблялись, будучи в полной уверенности, что скоро нам принесут еду. Вместо этого, через какое-то время к нам подходил другой официант со своим блокнотом и начинал принимать заказ заново. Причем, выяснялось, что части блюд, которые мы уже мысленно поглотили и перевариваем, в этом ресторане никогда не было, нет, и, скорее всего, не будет ближайшие лет пятьдесят. Сперва мы недоумевали по поводу такого странного сервиса, но потом поняли, что у них проблема с англоязычным обслуживающим персоналом. Разнести блюда народу хватает, а вот понять, что надо разносить, способен не каждый. Возможно, на весь штат только пару человек и понимают по-английски. И вот эти полиглоты ходят от столика к столику, дабы реально принять заказы. Но столиков много, и разорваться они не могут. Но заставлять клиента долго ждать, тоже плохо. Можно остаться без клиента, тем более, что ресторанов вокруг великое множество. Поэтому с бесшумным, но яростным криком «Ура», воображаемой гранатой в руке и шальной мыслью «авось, прорвемся» бросаются к нашему столику вьетнамоязычные герои ресторанного обслуживания и, не жалея живота своего, помогают нам скоротать время в ожидании англоязычного. И что удивительно, имитация приема заказа великолепная. Им бы на подмостках блистать. А некоторые из них настолько входят в роль, что умудряются самостоятельно принять заказ, ориентируясь только на интонацию и жесты. Только по некоторым второстепенным деталям догадываешься, что он не понимает ни слова из того, что ему говоришь. Но даже те, кто понимают, почему-то всегда начинают фразу с кивка и слова «да». Выглядит это, примерно, таким образом:

- Будьте любезны, два яблочных сока.

- Да. К сожалению, яблочный сок закончился.

vt1Наверное, им просто не хочется никого огорчать отказом, настолько гостеприимны и доброжелательны эти люди. Наш товарищ, зазевавшись, уронил свой фотоаппарат в мутные воды реки Меконг. Это произошло около берега, где глубина составляла едва ли 30-40 сантиметров. Аппарат тут же исчез из виду. Мы сразу начали ахать и охать, спорить о месте его погружения, указывая друг другу на всевозможные ориентиры, благодаря которым удалось «застолбить» потерю. Никому из нас не хотелось лезть в воду или хотя бы погрузить руку в то место, где со «стопроцентной» гарантией лежал фотоаппарат. Дело в том, что внешний вид этой реки производит впечатление жидкости, несовместимой с жизнью. Нам казалось, что оказавшись в воде хотя бы на мгновение, мы появимся на берегу уже в качестве скелета, сверкая белизной своих костей. Проходящий мимо вьетнамский паренек, поняв, что происходит, сбросил свои шлепанцы, закатал штанины и, быстро спустившись в воду, начал поиски. Около часа он прощупывал дно, подбадриваемый нашими замечаниями, пока, наконец, не обнаружил искомое. Конечно, он знал, что вода в этой реке безопасна для его здоровья. Конечно, он был нами материально вознагражден за свои усилия. Но дело не в этом. Во-первых, когда он, не раздумывая, полез в воду, речи о вознаграждении не было. А, во-вторых, я уверен, он это делал без всяких меркантильных интересов, просто, из желания помочь растяпам. С тех пор Вьетнам ассоциируется у меня си этим парнем, бедным, плохо одетым, но всегда готовым прийти на помощь.

Конечно, вьетнамцы умеют говорить «нет». Причем, иногда у них получается достаточно весомо. В США до сих пор на эту тему снимают фильмы (и какие!!!). Но для того, чтобы услышать отказ из вьетнамских уст, надо основательно разозлить их владельца, а на такой подвиг не у каждого хватает терпения. В прошлом веке лишь французам с американцами, да еще чуть-чуть китайцам, оказалось, по силам. Если же вьетнамцев не злить, то людей, более покладистых, мне пока встречать не доводилось. Наверное, навоевавшись до упора, они решили, что «лучше худой мир, чем добрая ссора».

К сожалению, этим иногда пользуются не очень хорошие люди из числа приезжих. В городе Ньячанге мы познакомились с россиянином, около года проживающим во Вьетнаме. Давно мне не встречались столь мерзкие типы. Мы сидели в ресторане и, естественно, выпивали. Он, радуясь встрече с земляками и расслабившись от алкоголя, начал нам объяснять, как правильно надо себя вести с местным населением. Причем, начал он с того, какая замечательная страна – Вьетнам, и как ему здесь хорошо. Затем он пояснил, почему ему здесь хорошо. Оказалось, что хорошо ему потому, что он может здесь делать все, что приходит в его убогую голову. А местное население, наполовину слуги, наполовину домашние животные – это как раз то, чего не хватало ему в России. И в качестве доказательства он взял со стола стакан и кинул его под ноги проходившей мимо молоденькой официантке. Девочка испугалась до слез и убежала, а этот «крутой мужик» гордо сообщил, что жаловаться она не будет, поскольку он может заявить администрации ресторана, что его плохо обслуживали, и ее выгонят с работы. Я – человек очень спокойный, но, видя эту тупую самодовольную рожу, увы, не сдержался. То, что я ему высказал, мне было бы неудобно повторить даже в неприличном обществе. Я благодарен моим товарищам за то, что они удержали меня от рукоприкладства, иначе, разгоряченный алкогольными парами, я мог бы наделать глупостей. Однако, и слов хватило, чтобы с физиономии этой мрази сползло выражение «хозяина жизни». Особи подобного плана оказываются, на удивление, трусливыми, когда им дают отпор. На этом наше общение закончилось, но я надеюсь, что он еще нарвется на неприятности, поскольку такие «супермены» периодически нуждаются в хорошей затрещине, дабы прийти в чувство. К счастью, столь оголтелых расистов в нашей стране не так много, и, надеюсь, не по ним судят обо всех россиянах.

vt6По старой русской традиции наши люди в силу широты своей души оказывали щедрую финансовую помощь местному населению в лице представительниц одной из наиболее древнейших профессий. А происходило это следующим образом. Залив тоску по родным березкам каким-нибудь патриотическим напитком типа виски, наш человек вдруг с удивлением обнаруживал, что у него внезапно возникло мышечное напряжение, и срочно требуется вмешательство опытного массажиста. Поэтому он, не долго думая, хватает побольше денег, садится в первое попавшееся такси и несется по ночному городу в ближайший массажный салон. Там он раздевается до полного отсутствия карманов на организме (если не считать за карманы складки на животе), складывает все свое имущество в индивидуальный шкафчик и запирает его на ключ, который затем торжественно цепляет себе на запястье с помощью резиночки. После чего наш изнемогающий от мышечного спазма человек проходит в специальную комнатку, где он может, наконец, расправить усталые члены во все их великолепие. По окончании сеанса отдохнувший и сбросивший бремя прожитых лет, он возвращается к шкафчику, одевается и уходит. Оплата услуг происходит, как правило, перед началом сеанса, что существенно облегчает работу обслуживающему персоналу. Во-первых, клиент демонстрирует, где он хранит свою наличность, а, во-вторых, у него не возникает повода лезть за деньгами перед уходом. Отсутствие денег человек обнаруживает уже около своего отеля, пытаясь расплатиться с таксистом. Можно скандалить, звать полицию, заниматься рукоприкладством, в основном, это ни к чему не приводит. По моим наблюдениям, один такой филантроп может принести до тысячи долларов чистой прибыли, что для местных жителей является существенной прибавкой к их невысоким зарплатам. И вот что интересно. Списание денежных средств в безакцептном порядке происходило с нами только в Северном Вьетнаме. Судя по всему, Южный Вьетнам традиционно пользуется помощью США и в российских финансовых вливаниях не нуждается.

vt7Но эти забавные недоразумения лишь слегка омрачали поездку, не ложась тяжким бременем на нашу душу. Тем более, что наши новоявленные Саввы Морозовы и Саввы Мамонтовы сами были не слишком адекватны. Боюсь, что ни в какой стране представители данного бизнеса не смогли бы устоять перед соблазном. Дело в том, здесь речь идет о двух друзьях в нашей группе, которые начали смотреть на мир более-менее трезвыми глазами только ближе к концу поездки. Справедливости ради следует заметить, что друзьями они стали только во Вьетнаме, до этого они вообще не подозревали о существовании друг друга, так что я бы их назвал друзьями по несчастью, хотя, на мой взгляд, они были вполне счастливы. Один из них совершил просто гениальное, по нелепости, деяние. Кое-как оклемавшись от активного алкогольного отдыха, он вышел на восьмой день (из двенадцати возможных) с видеокамерой и начал съемку, сопроводив ее безобидной фразой: «Ну, вот мы и во Вьетнаме», планируя таким образом отчитаться перед своей семьей, с нетерпением ждущей его в Москве. Если бы мы это не заметили, то дома его ожидал бы большой скандал. Поскольку его видеокамера фиксировала дату съемки, семья была бы весьма обескуражена подобным несовпадением цифр.

Подводя итог этой поездки, я понял причину фонтана восторгов тех, кто рекомендовал мне посетить Вьетнам, и прощаю им свою забрызганность. Мало того, их ряды пополнились моей скромной персоной. Сюда приезжают разные люди, каждый за чем-то своим, и Вьетнам им ни в чем не отказывает. В такой атмосфере гостеприимства и доброжелательности хочется быть великодушным, делать что-нибудь приятное для других. Поэтому я тоже говорю этому государству: «Да!».

Да, Вьетнам – чудесная страна.

Да, вьетнамцы – потрясающий народ.

И, да простит мне губернатор Калифорнии маленький плагиат, Я ВЕРНУСЬ.

КУДА ЗВОНИТЬ И К КОМУ ПРИХОДИТЬ

E-mail: dive@moby-dick. mail.ru

Телефоны:

(495) 933-46-99

(495) 766-89-39

(495) 974-39-85

Адрес клуба:

1-ый Войковский проезд, дом 4

Наши друзья

maydiving baner

prof buh baner